Вопрос.

-1- Глаза в глаза… Диалог? Монолог? Тревожную мысль прочтёшь между строк? Сердце в огне. В грязи душа’ – Хочется ду’ша. Слушаешь? Слушай! Знаешь, как хочется светлого, чистого? Знаешь, как хочется искренне, истово? - Рвётся из горла пронзительный крик. Хотел заорать – прикусил язык. Играю молчанку. Мелодия – тишь. Ты тоже со мною дуэтом молчишь. Порой тишина выразительней речи! Холодно; курткою обняты плечи. Крепче обнять? Словно гений идею, шею дыханием хочешь согрею? В сторону рамки и мерки, сейчас мерить хочу глубину этих глаз! Глаза в глаза… Пролог? Эпилог? Страстная дрожь или страшный рок? Реакция – ноль. Твёрдый, мягкий ли знак? С места в карьер, или кара за шаг? Я созерцал. Созревая – ёрзал, позы менял, подбирая слова. Ты поднялась и сказала: «Поздно…» Поздно – изнанка слова «пора». Уходишь опять. На неделю? На год? Условности – к чёрту! Полный вперёд! Назад! Всё испортишь, руки прочь!.. Прочно накрыла порочная ночь. По нервам бежит, как по проводу ток, вопрос без ответа: пролог? Эпилог? -2- Сна – ни в глазу. Зубами снова Глодаю, как голую кость, любовь. Я голоден. Голод – инстинкт, основа и ось, на которой вращается новь. Явь тороплю, проклиная время, и бременем строчек нагруженный лист хрипит, понукаемый ритмом-стременем: «Хватит! Не выдержу! Остановись!» Где там! Диким мечусь по комнате зверем, попавшимся людям в лапы. Где Она? Что Она? Как Она? Полноте. Полночь. Она – в своей кровати. А мне в темноте ухмыляется месяц, звёзды мигают из чёрных глазниц. Визгом фальцета по комнате тесной, песня бессонницы: скрип половиц. Эк угораздило! Сходу, с размаху, сделалось плохо, что впору на плаху. Ноги слабеют, а руки - с тоски - до боли тисками сдавили виски. Мозг атакуют тире и точки, грудь полыхает – чертям тошно. Сердце батрачит на грани возможного, спешно стучат клапанов молоточки. Дальше – больше. Быстрее, сильнее… Баста! Взорвусь – на пределе давление. Ух, горячо! Что за ребячество – кто там у топки? Хватит дурачиться. Страсть – разошедшийся кочегар – сбавь темп работы, устроишь пожар! Страх пробежался по коже зыбью, мускулы съёжил, да волосы вздыбил. Дым… Откуда? Неужто горю? Вздор; это дымка венчает зарю. Выдумки блекнут в красках рассвета. Слепо уставился глаз пистолета – ближе и ближе, зрачок в зрачок… Может быть, стоит нажать на курок? Жму на перо. Слова – пули. Фраз пулемётные очереди строчат и рвут календарные дни, вместе с ночами – в клочья. Вымучив рифмы – образы скручиваю, втиснуть пытаюсь вольное в клеть; волчье плачет, лакая сучье – скудную плату за рабство и цепь. Жалости нет. Обезумевший деспот тщусь мечту посадить в острог, и заключить свободную песню в камеру смысла с решётками строк. Срок разлуки по дням вычёркивая, медленно двигаюсь к новой главе. Черновиков-вариантов – до чёрта, кучею свалено на столе. Грустное с нежным в единое сложено, факты с мечтами смешаны грубо. В хаосе мыслей завяз безнадёжно я, сам не выберусь – дай мне руку! Хрупкое чувство ищет опору, робко протягивает пятерню – хочет наружу, рвётся на волю… Ну же, скорее тяни – тону! -3- Рука в руке… Реальность? Сон? Разные струны звучат в унисон! Прочь опасений и страхов сонм – это случилось реально! Спасён! Рухнула псевдопреграда, исчезла глупая робость, смущение ложное. Словно по взмаху волшебного жезла, накрепко две половинки сложены. Разом сомнений разорваны узы. Разум ликует, в сердце музыка! Миг - бесконечен, минута – божественна! Вот она, высшая точка блаженства!
Добавлено:    Изменено: 14.03.2009    306    

Комментарии