Промо

Architects, 3 февраля, YotaSpace

3 февраля в клубе YotaSpace выступили Architects
   architects  sylosis  ермак 
Анастасия Калинина Александр Ефименко (Шухов)
Architects, 3 февраля, YotaSpace

«I’m always gone with the wind, 

Crawling in and out of my mind,

God knows, I lost all my faith.


A sickness with no remedy, except the ones inside of me,

You ever wonder how deep you can sink into nothing at all?

Disintegrate. Annihilate me.


Do you remember when you said to me: “My friend, hope is a prison”?».

«Возьми своё разбитое сердце и преврати его в искусство». Именно так говорила одна великолепная актриса и просто невероятный человек — к сожалению, недавно покинувшая этот мир, Кэрри Фишер. А что, если сделать искусством собственную болезнь? Болезнь, которая разрушает тебя изнутри. Болезнь, которая станет последним источником того, что ты подаришь этому миру. Только представьте себе, насколько это страшно — будучи человеком, который живёт только ради того, чтобы творить, осознавать, что ты делаешь это в последний раз. Такое не пожелаешь даже самому последнему врагу.

Том Сирл, душа и опора Architects, автор всей музыки и текстов группы, скончался в августе 2016 года, новость о чём отправила в бесспорный нокаут и фанатов и всё музыкальное сообщество, потому что никто и не подозревал, что последние 3 года молодой человек боролся с меланомой. Вышедший за 3 месяца до этого альбом «All Our Gods Have Abandoned Us» стал его лебединой песней, эпитафией, да как угодно назовите. Последние два альбома группы, которые и без того били под дых своей глубочайшей лирической и эмоциональной составляющей, обрели ещё большую смысловую весомость после случившейся трагедии. Да чего уж там говорить, фанаты просто волосы на себе рвали и неистово ругали себя за то, что, оказывается, вслушивались в любимую музыку недостаточно, и не смогли увидеть того, какая на самом деле страшная и разрушающая правда кроется под вуалью рассказываемых пластинками историй.

Осознание этого всего будто било тебя по темечку бейсбольной битой. Поклонники ждали чего угодно — распада, хиатуса, да и сама группа, пообещав лишь закончить прерванный европейский тур, не давала никаких прогнозов и точных гарантий, русские же зрители и вовсе отчаянно примирялись с мыслью о том, что, вполне вероятно, больше не увидят британских кумиров у себя Родине. Однако уже осенью «архитекторы» поставили всё постсоветское пространство на уши новостью о том, что в начале следующего года они всё-таки вернутся (пример тем, кто делает вид, что на месте России на карте огромная дыра или же вообще игнорирует её в более агрессивной манере, ну да это наша больная тема), после чего воодушевлённые фанаты сразу же начали мощную и серьёзную подготовку к приезду дорогих гостей.

Прошлый год прославился действительно феноменальным количеством смертей известных людей, благодаря чему тема фанатской скорби и скорби в сети является очень популярной ныне темой для разговоров — люди с пеной у рта спорят о том, стоит или нет страдать на широкую публику, глупо это или нормально переживать из-за ухода незнакомого человека, а также ставят под сомнение истинность фанатской любви каждого к той или иной медийной личности. 

Конечно, выказывать недовольство из-за того, что человек выражает скорбь и сопереживание — сомнительное мероприятие, но агрессивное равнодушие и та самая показушная скорбь — это та ещё теорема Эскобара, на самом-то деле, и спорить об этом всём смысла нет. Но такова уж современная жизнь и современное общество: смерть человека — самый громкий инфоповод и максимально привлекающее внимание к персоне событие, и только совсем упёртый человек станет отрицать тот факт, что резкий скачок популярности группы связан с уходом Тома из жизни. Нет, любовь к группе и армия её поклонников и без того стремительно росла из года в год и из альбома в альбом, но постепенно и равномерно, за последние же полгода произошёл действительно резкий скачок  (такова жизнь, я же говорю, Вы сами вспомните сколько Дэвида Боуи постили в социальных сетях Ваши друзья, которые до его смерти и знать не знали кто это вообще). Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло — в 2014 году британцы выступали в клубе Volta, в 2015 покорили YotaSpace, а в 2017, пожалуйста, вереница желающих хлеба и зрелищ уже опоясывает сам Stadium Live.

Поддержали гостей с Туманного Альбиона представители российской хаотик-хардкор сцены Ермак! (вот именно с восклицательным знаком). Правда, к моему великому сожалению, разогрев уже собравшиеся зрители не оценили. Многие относят группу в пласт самых достойных и самобытных исполнителей современной сцены, и действительно, на фоне многих команд Ермак! выделяются интересным нетривиальным саундом и мелодикой… но дело просто не пошло. Вот не пошло и всё тут. Группу не освистали, нет, откровенная агрессивность и стандартная игра «опусти разогрев» в глаза не бросались, команде хлопали между треков, но было видно, что всё это очень вяло и внатяжку. 

Они смотрелись как инородный предмет, который случайно зашили в теле пациента. Но во многом в этом свою роль сыграла атмосфера внешняя — практически пустой огромный клуб и такая же огромная сцена, на которой даже не удосужились сменить свет на как минимум более интимный. Вот представьте себя на месте музыкантов — кучка откровенно скучающих лиц и вы на огромной сцене со всем возможным включённым освещением. Синдром группы, открывающей open-air — никому тебя не надо, так ещё светит всё вокруг так, будто на операционном столе лежишь. Плюс технические накладки и явные неполадки со звуком, в чём сама группа уж точно не виновата. В итоге даже колоритный иисусоподобный вокалист группы и достаточно заразительные напевы финального трека не смогли вызвать желаемый резонанс в зрительном зале. Да что уж там говорить, этот самый зрительный зал даже на включённый после разогрева треклист отреагировал бодрее. Ну, конечно же, всё своё, старое-доброе-родное, тут тебе и Linkin Park, и Korn, и Parkway Drive, и Beartooth, и Counterparts, и ничего нового воспринимать не надо. В любом случае выступление такого масштаба стало для группы дебютным, и я уверена, что они ещё поднатаскаются для работы с аудиторией подобного размера, потому что на тех же живых выступлениях поменьше эти ребята рвут в щепки всех и вся. Остаётся пожелать им лишь достойного и адекватного зрителя.

Разумеется, Stadium Live — слишком большая площадка для групп подобного толка, и даже в 9 вечера при желании можно было пройти в бок передних рядов, но когда чёрный полупрозрачный занавес с надписью «All Our Gods Have Abandoned Us» опустился, явив взору зрителей долгожданных виновников торжества, собравшиеся взорвались таким оглушительным криком, будто бы в зале был полный бескомпромиссный солдаут. Хотя до него, конечно же, было далеко. Зато на голове друг у друга никто не стоял. 

«We are beggars, we are so fucking weak, and once upon a time we had the world at our feet. Well, we're all dying to meet our maker, but all our Gods have abandoned us», — небывало стройно и единогласно проорал зал начало «Nihilist», заглавного трека нового альбома группы, что и дало мощное и бронебойное начало московскому шоу Architects. Если все Боги покинули нас, то кто это тогда вышел на сцену?

Разумеется, шоу группы нельзя назвать словом «шоу» в полной мере это слова (к которой мы привыкли благодаря современным реалиям концертной индустрии). Сэм не бегал по толпе в надувном шаре, вокруг не летали дроны, а сцена не крутилась на 360 градусов, но иногда даже тот же свет может сделать своё дело. Тем более, если сравнивать это выступление группы с выступлениями на предыдущих концертных площадках. С самого начала было видно, что британцы значительно выросли, что чувствуют себя на огромной сцене как дома, и вообще готовы покорять всё новые и новые вершины музыкального Олимпа, явно замахиваясь на то, чтобы стать одной из тех немногих металкоровых команд, которые смогли выбраться за пределы хоть и больших, но всё же клубов. Стена смерти с дымовой завесой под «Deathwish», красное освещение во время «Early Grave», мощнейшего боевика и подарка поклонникам раннего творчества группы — всё это грамотно подчёркивало и обрамляло эпичность доносящихся со сцены музыкальных полотен, при этом не перетягивая одеяло на себя. Вот, правда, звук знатно подкачал во всех частях зала — ну да не это главное в живых выступлениях, кто бы что ни говорил.

«All Our Gods Have Abandoned Us» называли и сборником би-сайдов к «Lost Forever//Lost Together», да и вообще, как только, собственно, не называли. Да, быть может, с какой-то стороны группа действительно может показаться немного однообразной, особенно если говорить о творчестве последнего времени, но, в конце-то концов, не всем же лепить эксперименты в каждом треке. Зато у Architects есть то, чего не достаёт очень многим командам — это общий стиль звучания, выработанный, отработанный и закреплённый, собственно, благодаря двум крайним работам. Ты можешь не быть фанатом группы, да даже более того, ты можешь быть её яростным ненавистником, но если где-то кто-то включит этих британцев, ты будешь знать, что это они. Именно материал с этих альбомов (за редким исключением) Architects и играют сейчас во время выступлений, и что бы там ни говорили про однообразность материала, это не мешает ему восприниматься живьём небывало мощно, а уж фанатам подпевать во весь голос самые главные и ключевые строчки тем более.

После «These Colours Don't Run» вокалист группы, Сэм Картер, первый раз обратился к залу, поприветствовал всех, восхитившись тем, насколько же мы все здесь «fucking insane», и поблагодарив зал за замечательное приветствие (фан-клуб группы не подкачал и провёл предварительные приготовления к флэшмобам, притом не только в Москве), в чём, собственно, не было ничего особенного и удивительного. Но с каждой песней он всё распылялся и открывался публике, и уже перед «The Devil is Near» Сэм стал переходить на речи всё длиннее и искренней. Он рассуждал о том, что на свете нет людей счастливей, а всё потому, что каждый вечер они могут играть свою музыку перед людьми, благодарил всю команду, Джоша Миддлтона из Sylosis за то, что тот взял на себя гитарные партии Тома в этом туре, ну а главная порция пламенных признаний досталась, конечно же, пришедшим поклонникам. В какой-то момент голос Сэма стал предательски дрожать, а глаза краснеть, и, честно, я просто не представляю, как можно было наблюдать за всем этим без каких-либо эмоций, потому что лично у меня к горлу подступил комок настолько огромный, что, кажется, он всё ещё со мной.

Как же хотелось, чтобы в зале все до единого прочувствовали эти невыносимо трогательные и интимные моменты своеобразной эмоциональной исповеди, но, конечно же, не все придавали такое большое значение тому, что произносят со сцены между треками. «Извечный вопрос — как жить среди людей?», — писал один из отцов экзистенциализма в лице Альбера Камю. Для музыкально-концертной индустрии можно адаптировать сие изречение под «Извечный вопрос — как жить среди фанатов». Иногда только и остаётся, что задаваться вопросом «Ну вот за что bandname такие поклонники?». Нет, вообще у группы Architects великолепнейшая фан-база по всему миру, а в России, говоря совершенно беспристрастно, так вообще лучшая. Сколько встреч и трибьютов было организовано российскими поклонниками, сколько артов нарисовано и сделано (во время европейского тура группе даже вручили целую книгу, посвящённую памяти Тома), и за всё это огромное спасибо людям, приложившим к этому руки. Но, к сожалению, в глаза всегда бросается именно худшее. Конечно, вряд ли все эти товарищи, отличившиеся непотребным поведением (каким именно, думаю, уточнять не надо) до, во время и после концерта, являются настоящими фанатами группы (они вряд ли себя такими и считают, а вот если да, то неправильно они считают), но некоторые картины было наблюдать ну совсем уж неприятно и стыдно. Им вот не стыдно, а тебе стыдно. Летящие на сцену вещи? Серьёзно? Конечно, вы, может быть, не являетесь трепетным поклонником каждой группы, на которую приходите, или же вообще не знаете, на кого пришли — это совершенно нормально и никто не говорит ничего по поводу этого. Но уважение ещё никто вроде бы законом не запрещал. 

Есть вот у меня одна большая и детская мечта, о которой я готова кричать на весь мир, и ради которой было бы не жалко жизнь свою положить — мечтаю я, чтобы люди слышали то, что они слушают, и пропускали через себя весь тот посыл, который несут им исполнители. Обиднее всего, когда это не происходит в случае с такими группами, как Architects. Группами, которые вкладывают в своё творчество не просто всю душу, но и мощнейшее сообщение, направленное непосредственно слушателям. Британцы поют о социальных и политических проблемах, проблемах окружающей среды, моральном разложении общества, призывая всех и каждого остановиться и подумать о том, что мы делаем со своей жизнью… А в них вот чья-то кофта полетела. Никто не просит тебя становиться радикальным веганом и жить на демонстрациях, нет. Можно просто быть добрее и внимательнее к окружающим. Ну не будь ты чудаком на букву «м». Этого уже будет достаточно. Вот главное сообщение таких групп, как Architects.

После «Naysayer», наверное, самого популярного и любимого из исполняемых сейчас живьём треков, брайтоновские волшебники покинули сцену, но, разумеется, для того, чтобы вернуться на бис под оглушительное скандирование названия группы. После окончания «A Match Made in Heaven», первого сингла с нового альбома, Сэм передал микрофон вышедшему из-за барабанной установки Дэну, брату-близнецу погибшего Тома, который таким же, как и у Сэма, дрожащим от накатывающих эмоций голосом, начал говорить с залом. «Мы правда чувствовали особую поддержку именно русских фанатов… Нет, это не соревнование. Но если бы было им, то победили бы именно вы. И я обещаю вам, что это не конец Architects», — говорил с глазами на мокром месте Дэн, улыбаясь, что делали и остальные участники группы.

В зале же особо впечатлительные личности уже давились собственными слезами до такой степени, что сил уже не было всё это смотреть и слушать. Вот бывает, что человеку хочется зареветь в голос, но это не так страшно, как когда ты не можешь этого сделать из-за того, что тебя разрывает изнутри до такой степени, что после остаётся лишь чувство, что тебя вывернули наизнанку, простирнули и не очень аккуратно завернули обратно. Какое-то двустороннее эмоциональное изнасилование между залом и артистом. И тут никто не смог бы упрекнуть британцев в неискренности. Они говорили это всё не потому, что говорят такое в каждой стране и городе, и не потому, что пытаются давить на жалость… Они действительно так думают и так чувствуют. «Нет, вот в Германии ну вообще такого не было!», — недоумённо выдал стоящий рядом со мной очевидец ноябрьского концерта в Мюнхене, что только ещё раз железно запечатало утверждение о том, что Россия действительно дорога для этих парней.

Последнюю песню, которой стала, конечно же, «Gone With the Wind», допевали на разрыв. Как группа, так и зал. Строчки, вынесенные в эпиграф данного репортажа, Картер будто бы вырывал из себя раскалёнными щипцами. Без наркоза, живьём. После этого британцы покинули сцену, оставив весь зал со всем этим то ли грузом, то ли опустошением.

В каком человеческом языке существуют слова, способные достойно описать точные ощущения при осознании происходящего перед тобой акта человеческого творчества? Творчества, наполненного такой горечью и болью, что хочется скрутиться пополам. Наверное, ни в каком, потому что о подобных вещах рассказать нельзя, их можно только прочувствовать. Такие моменты хочется закупорить как вино из одуванчиков из одноимённой повести Брэдбери. Чтобы снова испытать подобное, переиграть всё заново. Потому что каждый раз думаешь, что мог бы почувствовать ещё больше и сделать ещё лучше. Сказать, что этот концерт стал глубоким эмоциональным потрясением — вообще ничего не сказать. Разумеется, для кого-то это был очередной классный концерт, на котором он здорово повеселился и попрыгал, послэмился и побегал в мошпите, и с этими людьми даже не поспоришь, потому что концерт этот и правда был классным, и все действительно здорово повеселились, не всем же по углам неистово и безысходно реветь, в конце-то концов, но и в то же время многие, и я в этом уверена, потеряли во время него частичку своей души или же обрели новую.

Мне, признаюсь честно, даже этот отчёт было больно писать, потому что неистово рыдать хотелось буквально после каждой строчки — мало того, что половину концерта не видишь из-за набегающей в глаза жидкости, так ещё и потом неделю по клавиатуре собственной не попадаешь. Вот вам и сила искусства. Есть люди, которые после концерта начинают слушать группу, на которой побывали, ещё более интенсивно, а есть и те, кто наоборот, вследствие эмоциональной встряски, совершенно не могут слушать данного исполнителя. После этого концерта первые еще долгое время явно не будут слушать никого, кроме Architects, вторые же совершенно точно не смогут прикоснуться к ним ещё дольше.

Сейчас, наверное, я скажу такое, за что некоторые поклонники группы захотели бы отпинать меня в ближайшей подворотне. Я, наверное, сама хочу себя за это отпинать. Но разумом я понимаю, что так нужно… Я надеюсь, что парни не затянут прощание с Томом. Чтобы не получилось так, что ещё долгие и долгие годы они будут кататься в десятки туров, посвященных памяти своего почившего брата. Конечно, рана эта будет кровоточить всю жизнь, каждый раз напоминая о себе, стоит сковырнуть только взявшуюся корочку, и никто не имеет права указывать ребятам на то, как нужно справляться со своим горем, да и я сама, являясь действительно фанатом группы, который искренне любит всех участников и скорбит по Тому, и подумать не смею о том, что парни вдруг начнут пользоваться обстоятельствами...

Но в жизни всякое бывает. Каждый может потерять контроль, запутаться, каждому может стать страшно из-за неопределенности будущего. Но я надеюсь и верю, что с Architects этого не произойдет, и что они найдут силы двигаться дальше. Конечно же, продолжая помнить о своей боли и потере, но не давая ей поглотить и затормозить себя, а лишь используя её как движущую силу, помогающую творить дальше. Творить так, чтобы Том мог ими гордиться.

Относительно нового материала группа сейчас в подвешенном состоянии (благо в плане выступлений всё пока хорошо, потому что британцы всё-таки откатают с новым альбомом по полной программе, и уже объявили американский и австралийский туры), и мы не знаем, когда нам ждать чего-то нового, но я уверена, что «архитекторы» не выпустят в свет материал до тех пор, пока не будут уверены, что он будет достоин памяти Тома. И я готова ждать этого столько, сколько потребуется. И думаю, что я не одна.

Помните, как говорил Маленький принц? «Вы красивые, но пустые. Ради вас не захочется умереть». Не знаю как вам, а за таких людей, которые похожи на оголённый нерв и не боятся вывернуть перед тобой всю душу, мне не то что глаза все выплакать, но и умереть было бы совсем не жалко. Боги не покинули нас, они обещали вернуться.

Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов) Architects, 3 февраля, YotaSpace, фото: Александр Ефименко (Шухов)
Рассказать друзьям

Читайте также

Рекомендуем