nazare2870 nazare2870 
 Нижний Новгород\Балахна
Александр Гусев,музыкант,аранжировщик,автор,исполн итель,представляет сборник песен собраный с альбомов разных лет,в стилях поп,поп-регги,романтического рока,а так же различных направлений новой волны. Как сюда попасть
 Подписаться
Поделиться

Александр Иванов, Рондо
1985

Жанры
Панк
Адрес на RealMusic.ru
https://www.realmusic.ru/rondo    
Участники
Дмитрий Солопов Менеджер
October Владелец страницы
Сайты
История
Конец восьмидесятых, международный аэропорт Анкоридж, Аляска. Более тысячи человек в маечках с надписью «Welcome to USА» и флажками встречают русских музыкантов, прилетевших из Магадана. В центре делегации из России – молодой светловолосый человек – солист и руководитель московской рок-группы «Рондо». Он улыбается этой стране, этим незнакомым людям и пока не подозревает, сколько городов и стран он еще посетит. Но точно знает, что в этом city, они зажгут. Чуть позже концерт на «Салеванн Арена» – публика ликует – русские играют классный рок-н-ролл и джемсейшн «I want a be a rock-n-roll star» вместе с калифорнийской звездой Эдди Мани. Первые полосы «New York Times» и «Daily News» захлебываются от восторга – «Русские растопили льды Аляски». Теперь уже ясно, что это победа, это настоящий успех, и не только миллионам американцам, но и тому русскому, который утром этого дня прибыл в аэропорт Анкориджа вместе со своей командой из такой загадочной, но уже перестроечной России, далекой и близкой одновременно. Музыка ворвалась жизнь маленького Саши Иванова стремительно и бесповоротно. Все началось с «Бременских музыкантов», а вернее с похода в кинотеатр «Ангара», куда семилетний Саша отправился вместе с родителями. После просмотра какого-то замечательного фильма, они всей семьей решили заглянуть в отдел грампластинок небольшого канцелярского магазина, расположенного неподалеку. Родители купили себе диск популярного тогда Николая Сличенко, а своему сыну – саунд-трэк к мультфильму «Бременские музыканты». Вскоре пластинка становится любимой и неделями не сходит с проигрывателя, а до боли знакомые строчки «Ничего на свете лучше нету, чем бродить друзьям по белу свету» еще долгое время звучат в душе будущего музыканта. Нельзя сказать, что после знакомства с музыкантами из далекого Бремена, Саша Иванов тут же отправился в музыкальную школу и стал заучивать гаммы, но в дальнейшем именно в Германии состоялся его первый выход на сцену, а первая поездка заграницу пробудила желание «бродить по белу свету». Пока же все шло своим чередом. Еще с третьего класса Саша увлекся дзюдо. В свое время он закончил московскую спортивную школу №210, состоял в спортивном обществе «Динамо», был неоднократным чемпионом Москвы и призером различных соревнований. Дело шло к спортивной карьере. Но, музыка вновь постучалась в дверь квартиры Сашиной семьи на этот раз в лице его закадычного друга Сережи Нагайцева. Тот собирался во Дворец пионеров, что на Воробьевых горах на прослушивание для участия в рок-опере «Мальчиш-Кибальчиш» и пришел просить друга составить ему компанию. Тут происходит совершенно хрестоматийная история. Друг проваливается, а 15-летнего Сашу Иванова просят что-нибудь спеть. Тот поначалу, отшучивается, мол, я вроде как не певец, пришел друга поддержать, и вообще у меня соревнования на носу. «Причем, здесь ваш нос», – говорят, – «пойте, раз пришли». Он спел «Там, где клен шумит». Его, конечно же, приняли – по-другому быть и не могло. Друг был обескуражен, но дружба из-за этого не расстроилась. Так наряду с тренировками и соревнованиями в его жизни появляются еще репетиции и выступления, а вместе с ними приходит и профессиональное ощущение сцены. Но, спорт в то время был для него гораздо важнее, и если он и грезил о карьере, то скорее о спортивной, нежели музыкальной. И все бы так и сложилось, если бы не армия. Бесконечные интриги между двумя главными спортивными обществами страны «Динамо» и «ЦСКА», нередко сводившиеся к наличию в команде тех или иных спортсменов, привели к тому, что в определенный момент ему пришлось скрыть свои спортивные достижения, дабы не достаться ЦСКА. Скрыть удалось, причем не только от руководства ЦСКА, но и военкомата, потому при распределении спортивные заслуги военнообязанного Иванова не учитывались. В итоге его вместе с группой советских войск перебросили в Калининград, а потом в Германию – в немецкий город Веймар, где находился пересылочный пункт. Присягу он принял в городе Заальфельде, а настоящая армейская жизнь с построениями, нарядами и разборками со старослужащими началась уже в Плауэне, который располагался в четырех километрах от границы с ФРГ. До армии многое казалось невозможным. Попав, как выражается сам музыкант, в «жесткие жернова» армейской системы, понимаешь, что невозможное возможно. И такие вещи, как ежедневные умывания в ледяной воде, пятичасовые караулы при температуре -10 градусов, ротные и полковые тактические учения (в качестве заряжающего танков Т-55 и Т-62), а также непременные марш-броски в противогазах и полном боевом снаряжении на 10–15 километров – становятся, неотъемлемой частью жизни. Его пугали даже не столько физические нагрузки, сколько перспектива провести два года своей жизни вдали от близких, и от всего того, что было так дорого и важно на гражданке. Поэтому, он с первых дней службы пытался привнести в солдатские будни частичку своей допризывной жизни. Если не хочешь, чтобы тебя заставили делать то, что тебе не нравится, придумай себе занятие по душе. Этот армейский принцип, актуальный и по сей день, он усвоил сразу. Как только представилась возможность, договорился с прапорщиком о том, что будет давать уроки по дзюдо офицерскому составу, для чего даже выделили специальное помещение. Какое-то время ему удавалось это делать – у него появились свои ученики, которые хотели постичь древнее боевое искусство. Но служба, есть служба, и отвлекаться надолго от выполнения клятвы, данной во время присяги, было нельзя. Особенно, новоиспеченному «духу», когда до дембеля – как до китайской границы. Но и тогда Иванов не терял надежды попасть в спортивную роту. Ради этого, даже, будучи дзюдоистом, поехал на соревнования по вольной борьбе, проходившие в рамках армейских спортивных игр. Но в Германии тогда ни самбо (которому он тоже отдал немалую часть жизни), ни дзюдо не были особенно развиты, поэтому неудача была предрешена. Наверное, тогда, после проигрыша в соревнованиях по вольной борьбе (было бы странно, если бы в них выиграл дзюдоист) он ощутив всю безысходность своего положения, отбросил мысль о спортивной роте. Оставив в покое одну закрытую дверь, Иванов обратил внимание на ту, что была приоткрыта. Однажды, проходя мимо солдатского клуба, рядовой Иванов услышал звуки музыки. С этого дня он становится постоянным гостем репетиций солдатского ансамбля. Вскоре, Иванову успевшему продемонстрировать свои вокальные и музыкальные способности, предложили стать участником коллектива. Тогда же ему в голову пришла очередная идея. Познакомившись поближе со своим земляком – прапорщиком Витей Саша Иванов убедил его в том, что ансамбль должен обязательно участвовать в многочисленных фестивалях и вечерах дружбы, которые проводились в различных городах Германии. Вскоре мысль о музыкальном продвижении обросла новыми подробностями. И начальнику штаба (кстати, большому поклоннику духовых оркестров) была преподнесена идея создания внештатного полкового оркестра. Тот, загорелся энтузиазмом ребят, и дал им задание выбрать среди сослуживцев талантливых ребят, которые либо играли на духовых инструментах или их можно было этому научить. Так с легкой руки Александра Иванова и его друга-прапорщика Виктора в танковом полку появился внештатный полковой оркестр. И если во время его первых выступлений на построениях, весь полк покатывался со смеху, наблюдая за нестройно вышагивающими оркестрантами, то уже через полгода, во время одной из генеральских проверок, начальника штаба просто распирало от гордости за свое детище. Первоначально в оркестр шли все, кто не хотел заряжать и обслуживать танки – большинство новоявленных музыкантов понятия не имели о музыке. Старший сержант был единственным, кто умел играть на трубе. Он то и занялся обучением «новобранцев», и вскоре ежедневные шести-семичасовые занятия принесли результат. В дальнейшем, в оркестре, постоянно требовавшем пополнения (ребята, отслужив положенный срок, уходили на дембель), стали появляться настоящие профи. Для этого прапорщик, уезжая в пересылочный пункт в Веймаре, специально для оркестра подбирал солдат с музыкальным образованием или с опытом работы в ансамблях. После одного из такого заезда в части появился барабанщик Николай Сафонов, с которым впоследствии Александр Иванов затеет революцию в «Рондо». Когда Сафонов – профессиональный музыкант, сбежавший со службы в официальном полковом оркестре, показал свое музыкальное мастерство, ребята, воодушевленные уровнем его профессионализма, тут же окунулись в ежедневные многочасовые репетиции. (Александр Иванов до сих пор считает, что те полтора года ежедневных многочасовых занятий музыкой заменили ему учебу в музыкальном училище и послужили основой для того, багажа, с которым он продолжил свой артистический путь.) будущие коллеги по «Рондо» Иванов и Сафонов выбрали разные инструменты, Николай – малый барабан, а Саша – тарелки. Вскоре в оркестре появились клавишник Владимир Кирюшкин, потрясающий гитарист Юрий Гаптарев и другие классные музыканты. (С Владимиром Кирюшкиным Александр Иванов впоследствии пересекся в Рязанской областной филармонии, потом тот работал у Бари Алибасова в группе «Интеграл», а затем уехал в Америку, где занимается музыкой и по сей день.) Оркестр, значительно расширенный и пополненный, в том числе и профессиональными музыкантами, становится частым участником всевозможных фестивалей, где он нередко занимал, первые места, а его музыканты общались с коллегами из Польши, Чехии, Германии. От первых поездок за границу вместе с ансамблем и оркестром у Александра Иванова остались самые яркие воспоминания. Германские гаштеты, кафешки, супермаркеты, казавшиеся кукольными домишки немецких фермеров, зарубежные музыкальные каналы, транслировавшие выступления легендарных «Deep Purple», «Van Halen» «Beatles», «Led Zeppeling» – все эти признаки благоденствия перевернули мировоззрение молодого человека. Тогда заграница показалась глянцевой сказкой. Но желания остаться в сказке не возникло. Чего действительно захотелось, так это – путешествовать. И знакомая с детства мелодия вновь заиграла в душе. Уже после дембеля в Москве Александр узнал от друзей, что в полку, где он служил, был создан штатный официальный оркестр и появилась первая музыкальная рота. То, о чем он и его сослуживцы так мечтали и чего хотели, все-таки произошло, и кто знает, жизнь скольких ребят, попавших в отдельный танковый полк, сильно изменилась при встрече с этим «солдатским музучилищем», основание которого заложил Александр Иванов вместе с друзьями. Из армии он вернулся совершенно другим человеком – а его встретила другая страна. Безмятежные семидесятые уступали место бунтующим восьмидесятым. Еще через каких-то пять лет и Горбачев станет генсеком, а слово «перестройка» прочно войдет в лексикон все еще советских граждан. Но уже тогда в самом начале 80-х в обществе произошли некоторые изменения. Вернувшемуся из армии Иванову они показались грандиозными. Если в 79-м такие группы как «Аракс», «Високосное лето», «Машины времени» выступали лишь в студенческих аудиториях, а в 11 вечера Москва засыпала глубоким сном, то после «Олимпиады-80» в Советский Союз ворвался ветер свободы. На смену единственному в Москве ночному кафе в Шереметьево-2, где собирался весь столичный бомонд, пришли дискотеки, на которых голоса советских песняров чередовались с итальянскими эстрадниками. На дискотеку можно было открыто прийти с девушкой, потанцевать, выпить вина. Входной билет стоил 3–5 рублей. В комплект входил слабоалкогольный коктейль и пакетик орешков – невиданная по тем временам вольность. – Сейчас трудно понять, что в этом было такого предосудительного, а мы тогда не понимали, как нам вообще все это разрешили, – вспоминает Александр то время. Первым делом он вернулся в спортивное общество «Динамо», восстановил форму, но обещания предоставить работу, так и остались обещаниями. Он, как любой молодой человек торопился жить – стремился устроить личную жизнь, на которую хотел зарабатывать сам, не ожидая помощи от родителей. Потому, когда предложили поработать в московской группе «Радуга» при Кзыл-Ординской филармонии, он сразу согласился. Был опыт работы в музыкальном коллективе, а после общения с зарубежными коллегами, появился и интерес к той другой музыке. Спустя несколько дней Александр вместе с группой уехал на гастроли в Казахстан. Хотя в общественном сознании уже начинали происходить глобальные изменения, в сфере культуры до перемен было далеко. Музыканты новой прозападной волны тогда только появлялись, многие из них начинали свой творческий путь в самодеятельных коллективах. Они сами и их музыка были другими, и совершенно не вписывались в общую концепцию советской эстрады. До профессиональной сцены надо было дорасти. Это сейчас только вылупившийся из продюсерского гнезда артист, сразу же получает эфиры, столичные концертные залы и стадионы. Тогда в Москве выступали только заслуженные и народные артисты, а все остальные, в частности и те, кто хотел играть рок-н-ролл – ездили с концертами по регионам. Исключение составляли лишь немногие артисты с кремлевскими связями. Найти работу в Москве музыкантам было еще сложнее. Сейчас трудно представить, но когда-то и Алла Пугачева была неизвестной артисткой и, работая от Липецкой филармонии, также как многие ее коллеги выступала в различных российских городах, Александр Барыкин работал при Грозненской филармонии и др. На маленьком допотопном автобусе «Кубань» со скошенной дверью, в котором с трудом помещалась аппаратура, группа «Радуга» объездила чуть ли не весь Казахстан, нередко преодолевая расстояния в 500 километров. Джусалы, Джалагаш, Козалинск, Аральск, Чиили – для Александра Иванова – это не просто названия городов, а места, где он провел немалую часть своей жизни. Во время одной из таких поездок старушка «Кубань» не выдержала и сдалась – закончилась тормозная жидкость, и двигаться дальше представлялось невозможным. Но музыканты не растерялись, и, заправив автобус женским портвейном «Ахдам», двинулись в путь – до первой поломки, которая, кстати, не заставила себя ждать. В городе Джусалы «полетел» двигатель, а без транспорта гастроли запросто могли прерваться. Музыкантам пришлось добираться на попутках до Джалагаша, где жил родственник водителя, у которого в доме имелось некое подобие авто-сервиса. Там они сами переставляли двигатель, перебирали его, чинили, и только после этого гастроли были продолжены. Вообще, автобус марки «Кубань», который согласно распоряжению Минкульта выделяли тогда всем артистам, работающим при филармониях, был самым капризным «участником» коллектива. Он то и дело обращал на себя внимание бесконечными «выходками». Начать хотя бы с особенностей конструкции. Из-за скошенной двери, аппаратуру в него можно было заносить только боком, причем в ансамбле непременно были музыканты, которые знали, как правильно это делать и даже получали за «квалифицированную» погрузку 2 рубля 20 копеек. Но главным, что смутило ребят, когда они впервые увидели своего железного попутчика (сразу после подписания рабочего соглашения с филармонией) было то, что вместо стекол, его задняя часть была оббита жестью. А когда они спросили, мол, зачем нам такой «броневик», услышали в ответ лишь короткое «поймете после первого концерта». Когда музыканты «Радуги», отъезжали от местного Дворца культуры после своего первого гастрольного выступления, в автобус неожиданно полетели булыжники, которые били по его жестяной спине со страшной силой. Невозмутимый водитель пояснил, что таким образом местные мальчишки выражают свои эмоции и так провожают артистов. И таким восторженным камнепадом сопровождался каждый отъезд ребят из очередного города. И чем лучше был концерт, тем больше булыжников, сыпалось на бедную «Кубань». Однако, ни маленькие суточные в размере 2 рублей 20 копеек, ни постоянно возникавшие бытовые мелочи не отбили желание играть любимую музыку. Они были молоды и получали кайф от гастролей. Деньги их интересовали исключительно с точки зрения покупки портвейна и джинсов. Главным было – играть рок-н-ролл. Отдаленность от Москвы обернулась возможностью немного пренебречь стандартным ограничением – «исполнять до 80% музыки советских композиторов» – в репертуар «Радуги» были включены песни «Машины времени», «Аракс», «Deep Purple», «Beatles», «Led Zeppeling». Параллельно создавали собственные композиции. Вскоре пришлось распрощаться с казахстанскими степями, задумчивыми верблюдами и величественными аксакалами. Ребята поругались с руководителем, контракт не был продлен, а возвращаться домой было не на что. Лишь только продав аппаратуру, они смогли добраться до Москвы. Потом была работа в ансамблях «Алло», «Аэропорт», группах «Кратер», «Монитор». Музыкальная карьера Иванова набирает обороты, появляется опыт, из общения со старшими коллегами по цеху Иванов выносит не только байки, но и определенное отношение к сцене. И самое главное – именно в этот период проявилось еще одно качество будущего артиста – стремление экспериментировать и собирать различные коллективы. – Я постоянно экспериментировал, не жилось мне без этого, – говорит Александр. – Всегда хотелось, чтобы в результате этих экспериментов «рождались» хорошие песни. В 84-году в перерыве между работой в филармониях он оказался в компании очень интересных и творческих людей – его пригласили поработать в молодежной экспериментальной студии во дворце культуры «Коммуна» при хлопчатобумажном комбинате им. Фрунзе, расположенном на Варшавском шоссе недалеко от станции метро «Тульская». Собравшаяся под руководством Александра молодежь экспериментировала во всем – сварили сцену из пластика, одни из первых приглашали на проходившие при дворце дискотеки различные коллективы. Частыми гостями дворца были группы «Браво», «Ария», Владимир Пресняков-мл. Именно тогда у Александра завязались тесные дружеские отношения с руководителем группы «Браво» Евгением Хавтаном. И когда у того возникли проблемы, связанные с арестом Жанны Агузаровой, Александр без лишних раздумий предоставил им репетиционную базу, а для поездки в летний студенческий лагерь МАИ в Алуште – музыкальную аппаратуру. Спустя два года именно Евгений позвонил Иванову и рассказал о том, что руководитель московской группы «Рондо» Михаил Литвин ищет нового солиста. Его, конечно, же, приняли. Иначе и быть не могло. Работали в бешеном темпе, давая по 30- 40 стадионных концертов в месяц. Программа Валерия Гольденберга «Рок-панорама» при Московской областной филармонии была очень популярна. В рамках нее выступали такие коллективы как «Лотос» с Андреем Сапуновым, «Браво» с Жанной Агузаровой, группа Константина Никольского «Зеркало мира», «Мастер» и др. В питерском дворце «Юбилейный» «Рондо», Жанна Агузарова и Константин Никольский отыграли сразу 10 аншлаговых концертов, а потом еще столько же в «Олимпийском» в Москве. В 1986 году «Рондо» и «Браво», как самым перспективным молодежным рок-группам страны, предложили принять участие в первом телемосте «Москва – Нью-Йорк», который затеяли известные в то время телеведущие Фил Донахью и Владимир Познер. Жаркие споры на тему, в какой из двух стран, недавно объявивших о прекращении «холодной войны», живется лучше, делали передачу интересной как для американцев, так и для пока еще советских граждан. И в нью-йоркской, и в московской студиях присутствовала, в основном, молодежь. Группы, представлявшие новую волну российских рок-музыкантов, имели возможность спеть в прямом эфире одну-две песни. Таким образом, американские зрители могли получить некое представление о современной музыке перестроечной России. Одна из композиций, исполненных «Рондо» во время этой прямой трансляции называлась «Самый умный класс». Участие в телемосте стало знаковым событием не только для музыкантов «Рондо» и «Браво», но и для всей российской рок-музыки. Впоследствии, приехавших с концертами в Америку участников «Рондо» узнавали на улицах и брали автографы, рассказывая о том, что впервые увидели их в телемосте «Москва – Нью-Йорк». Не менее знаковым событием для Александра Иванова стало участие в записи и съемках русского аналога песни «We all are the world». На Западе для исполнения этой композиции пригласили всех ведущих звезд. Тогда же у популярного певца Криса Кельми возникла идея сделать аналог этого своеобразного гимна музыкантов, отражающего единство взглядов и приверженность к популярной музыке. Для создания бесспорного хита были приглашены музыканты из самых популярных рок-команд – «Машины времени», «Круиза», «Аракса», «Черного Кофе» и др., а также еще совсем молодой солист «Рондо» Александр Иванов. Но музыка не знает возрастов – во время записи в студии царила необыкновенная атмосфера. Совместная работа настолько сплотила музыкантов, что сразу по ее завершении они всей братией отправились в гости к Сергею Минаеву, где общались, выпивали, спорили, фотографировались на память и, конечно же, неоднократно «замыкали круг». А под Новый год песня, записанная при участии продюсера «Утренней почты» Марты Могилевской и еще нескольких ее коллег, была показана в «Новогоднем огоньке». Появившись в передаче центрального телевидения в компании звезд отечественной рок-музыки, Александр Иванов автоматически становился с ними в один ряд. Но вскоре вместе с популярностью, сопровождавшую работу в «Рондо», пришло чувство неудовлетворенности собственным творчеством. Александру Иванову, да и многим участникам группы не нравился ни репертуар, ни бутафорские образы накрашенных парней с начесами. Михаил Литвин в стремлении соответствовать новым веяниями ориентировался на стиль Дэвида Боуи, «Duran Duran», «Roxy Music». Иванову же было ближе творчество коллективов, игравших глэм-рок. Рано или поздно назревавший конфликт вылился бы в открытое противостояние. Ситуация разрешилась весьма неожиданно. В 87 году Михаил Литвин, в связи с ухудшением здоровья собирался эмигрировать в США – о чем знали все участники «Рондо». Но перед отъездом он успел продать название группы – фактически раскрученный брэнд – Леониду Плавинскому. Узнав об этом, все музыканты «Рондо» ушли от своего директора. Михаил Литвин и Леонид Плавинский набрали новый состав, заставили нового солиста выкрасить волосы в белый цвет и выдавали его за Иванова, объясняя несоответствие комплекции, тем, что тот, мол, поправился после женитьбы. Какое-то время в Москве существует две группы «Рондо». Даже после эмиграции Михаила Литвина, музыканты набранного им состава долгое время отказывались вернуть название прежним – настоящим участникам популярной группы. (Им удалось отсудить кассовое название лишь в 1989 году при активном содействии Стаса Намина и руководителя «Веселых ребят» Павла Слободкина). Оставшись без директора, ребята почувствовали свободу – поменяли репертуар, имидж, стали выезжать заграницу. Самое главное, что они не боялись экспериментировать, делать что-то новое. Не было пресловутого страха пропасть, потеряться на фоне других групп – коллектив под руководством 28-летнего Иванова с азартом пустился в самостоятельное плавание. – Когда ты молодой, у тебя словно крылья за плечами вырастают, – говорит Александр. – Тогда крылья были такими большими, а желание добиться успеха таким сильным, что казалось, вот мы сейчас «взлетим» и покажем, этим буржуям. И они показали. Их самостоятельная поездка на Аландские острова в Финляндии, где проходил фестиваль, посвященный борцу за свободу Нельсону Манделе, завершилась грандиозным успехом. Отправляясь в свои первые зарубежные гастроли, музыканты чувствовали себя словно школьники, сбежавшие с уроков без учительского разрешения. Ощущение пьянящей свободы усиливалось отсутствием сопровождения в лице сотрудника госбезопасности, следящего за всем, что происходит в поездке, а также выданными им перед отъездом чеками на несколько десятков тысяч марок. Несмотря на то, что большую часть денег надо было привезти обратно, сам факт наличия такой огромной, по тем временам, суммы не мог не радовать. Но так как у новоиспеченных капиталистов были весьма скромные познания в английском языке, то они были несказанно счастливы, когда по прибытии в Хельсинки их встретили организаторы конкурса. Ребятам выдали солидные суточные и к их великому недоумению… билеты на пароход – оказалось, что до Аландских островов надо плыть два дня. До порта Нантали они добирались на такси-мерседесах, как настоящие звезды. Но когда они увидели огромный паром компании «Викинг-Лайн», на котором им предстояло плыть, они пришли в неописуемый восторг. В белоснежных каютах их ждал подарочный шоколад с маленькой запиской «Добро пожаловать на борт». Решив обследовать судно, они обнаружили там целый мини-город – более двадцати ночных клубов, огромное количество дискотек, парфюмерных и кондитерских магазинов и даже отделение «Мак-Дональдс». Тут-то и пригодились обналиченные еще в Хельсинках марки, ребята с удовольствием отдались шоппингу, не жалея ни денег, ни сил. Тем более, что у каждого с собой было по чемодану черной икры и водки «Золотое кольцо», купленной по совету бывалых музыкантов в магазине «Российские вина» на Тверской. Но по-настоящему они «упаковались» когда прибыли в главный порт Аландских островов – Мариехамн. У них было два дня до начала фестиваля – и они, взяв велосипеды, отправились исследовать неизвестную местность – и, в итоге встретили известного кино-путешественника Юрия Сенкевича, пребывающего в очередной кругосветке и заехавшего на фестивальный огонек. Встреча соотечественников была очень теплой. Еще одним предметом исследования музыкантов стали финские супермаркеты и магазинчики, в которых они набрали невообразимое количество подарков для своих родных и близких. Но, центральным событием поездки стал, конечно же, концерт, в котором помимо команды Иванова участвовали финские, шведские, немецкие, норвежские группы и один коллектив из США. Благодаря яркой и неординарной шоу-программе группа «Рондо» стала настоящим открытием фестиваля – во время песни «Видео» ребята, переодетые в костюмы, показывали мини-сюжеты из американских боевиков, и маршировали как блюстители порядка, исполняя одноименную песню. Необычное выступление музыкантов из России оценили и запомнили многие, в том числе и организаторы мероприятия. После Аландских островов группу «Рондо» стали приглашать на многочисленные рок-фестивали, проходящие во многих странах мира. Большая часть песен, показанных в Лапландии, вошли в альбом «Блюститель порядка», выпущенный в 1988 году. Напоследок заграница подарила незабываемую встречу. Уже в Хельсинках за два дня до отъезда ребята пообщались с еще одним русским – Алексеем Беловым из группы «Парк Горького». Бывший соотечественник жил в то время финской столице и готовился к отъезду в США. Вот так в одном из финских клубов зародилась дружба русских музыкантов. Приехав в Москву, ребята окончательно перешли на работу в Московский музыкальный центр в парке культуры им. Горького, которым руководил Стас Намин. Он продюсировал в общей сложности около 40 коллективов, ориентированных на запад, в частности таких команд как «Парк Горького», «Лига Блюза», «Бригада С», «Калинов Мост», «Альянс», «Ньюанс» и др. В 1988 году во время приезда Рональда Рейгана в Москву ММЦ стал одной из ключевых площадок, где проходили мероприятия, приуроченные к этому международному событию. Стас Намин организовал музыкальный фестиваль, на который были приглашены зарубежные исполнители, и Александру Иванову выпала честь спеть с Ховардом Джонсом и звездой Вудстока – Мелани. Участники интернационального трио исполнили две композиции «We shall over come» и «Stay by me». Выступление вместе с мировыми звездами перед семитысячной аудиторией подарило Александру необыкновенные ощущения, а через год артист испытал своеобразное дежавю наоборот, когда в качестве иностранной звезды зажигал перед миллионами американцев. В 1989 году состоялись гастроли Иванова и его команды на Аляску, открывшие «Рондо» для Америки и Америку для «Рондо». Любопытные янки встречали их как национальных героев, а на пресс-конференциях задавали смешные вопросы вроде: «Это правда, что у вас в Москве медведи с балалайками по улицам ходят?». После потрясающих по своей энергетике концертов в шести городах Аляски их пригласили выступить на континенте – в Сиэтле, Сан-Франциско и Лос-Анджелесе. Но, Стас Намин, решил сфокусировать внимание на «Парке Горького», у которых тогда уже был заключен контракт с фирмой «PoliGram», и остановил «Рондо» на полпути. Последним американским городом, который они посетили во время тех гастролей, стал Сиэтл штата Вашингтон. Америка осталась позади. Но и пятнадцати городов было достаточно. Их уже ждали в Финляндии, Швеции, Японии, Польше, Болгарии, Таиланде, и Сингапуре и в других странах. Перестройка, гласность, новое мышление и родимое пятно на горбачевской лысине, как символ перемен. Ко времени возвращения ребят из Америки разрешился вопрос с названием коллектива. В 89-м «Рондо» вновь стала единственной и неповторимой, а Леонид Плавинский был вынужден переименовать свой коллектив в группу «Миссия» при Московской областной филармонии. Они победили. Эйфория после Аляски плавно перетекает в загруженный гастрольный график – города, люди, страны, события – все как он хотел. Мечты сбываются. А все хорошее, остается в памяти. В тот период хорошего было даже слишком много для одного человека. Все еще находясь под впечатлением от американской поездки, ребята записали англоязычный (за исключением пары песен) альбом «Убей меня своей любовью», совершенно непохожий на предыдущие работы «Рондо». Лидер «Парка Горького» Алексей Белов подарил им две композиции, а на заглавную песню альбома, которая называлась «Kill me with your love», режиссером Михаилом Хлебородовым и оператором Сергеем Козловым и был снят видеоклип, ориентированный на западный рынок. Впервые навеянное Америкой творчество ребят услышали в Японии, куда группа «Рондо» в ноябре 1989 года отправилась для участия в фестивале «Armenia Aid», все средства от продажи билетов которого пошли на помощь детям пострадавших в результате землетрясения в Армении. Российские музыканты отработали два классных концерта, один из них состоялся токийском клубе «Сито-клаб», считавшимся чудом японской акустики. В город Осака, расположенный в 600-х километрах от японской столицы ребята добрались за считанные часы на скоростном поезде, следовавшим со скоростью 200 км/час. Но, самым трогательным было то, что их японские фэны проследовали за своими кумирами до Осака на маленьких туристических автобусах. Отказавшись от посещения радио и телевидения, музыканты, посвятили оставшееся время осмотру достопримечательностей, а также покупке подарков и сувениров для родных и близких, не забыв при этом про видеомагнитофоны, которые на родине было невозможно достать. Концерты «Рондо» в Осака и Токио были записаны прямо во время выступления. Трэки, привезенные впоследствии в Москву и сведенные на студии Стаса Намина, вошли в альбом ««Рондо» в Японии» (Live) 1990 года. После участия «Рондо» в популярных «Рождественских встречах у Аллы Пугачевой» на ТВ, прима советской эстрады пригласила их в одноименный гастрольный тур по Средней Азии, в который также поехали Ольга Кормухина, Филипп Киркоров, группа «А-студио» и другие артисты. Азиатские гастроли включали такие города как Ташкент, Душанбе, Фрунзе и другие. Концерты проходили прямо на стадионах и собирали до сорока тысяч человек. В Ташкенте, к примеру, в центре стадиона была собрана небольшая круглая сцена и артистам во время исполнения песни, приходилось делать несколько кругов (пешком, на машине или лошадях) по огромному футбольному полю, чтобы зрители могли их увидеть. Во время концерта в Липецке, когда Алла Пугачева пела заключительную песню, стоя вместе со всеми артистами, зрители (которых было не менее 30 тысяч человек) не выдержали, и, прорвав милицейский кордон, понеслись на встречу звездам. Вместо того, чтобы запаниковать, Алла продолжала петь, потом стала как можно непринужденней разворачивать процессию, приговаривая «Так, сворачиваем, сворачиваем..», а потом вдруг неожиданно скомандовала: «Сваливаем!!!». И вся артистическая братия дружно помчалась к выходу, благополучно скрывшись в гримерках. В 89–90 гг. «Рондо» активно гастролирует и с будущим зятем самой популярной певицы Союза – Владимиром Пресняковым. В то время Саша и Володя были очень близкими друзьями, настолько, что Иванов один из первых узнал о том, что Пресняков «безумно влюблен» в дочь Аллы Борисовны – Кристину. Помимо фотографий, с той поры осталась и песня, вылившаяся из дружбы двух музыкантов. В те годы у Саши и Володи было много совместных гастролей. Во время тура по Алтайскому краю Пресняков прибежал в номер к Иванову со словами: «Помнишь, ту песню, что ты показывал мне в Москве? Она мне приснилась. Это хит. Надо ее делать». Он имел в виду написанную Сашей песню «Я буду помнить», которую тот показывал ему ранее. Воодушевленный Пресняков предложил сделать новую композицию не только своим музыкантам, но и ребятам из «Рондо» за несколько часов до начала концерта. После одной репетиции в Бийске состоялась премьера песни «Я буду помнить», которую Иванов и Пресняков спели дуэтом. В Барнаул они приехали уже с новым хорошенько отрепетированным хитом. По возвращении с гастролей, эта композиция была записана в центре Стаса Намина звукорежиссером Олегом Сальховым. Друзья очень часто исполняли эту песню в многочисленных турах, в частности Пресняков не раз приглашал Иванова на свои концерты в качестве специального гостя именно для этой песни, но на ТВ она впервые была показана в 91-м году в «Рождественских встречах». Но и помимо нее у «Рондо» в тот период появилось очень много хороших композиций, в частности – «На одной земле», «Нас венчает гроза», «Белый бультерьер», «Я вернусь» и «Мама, баксы давай». С последней связана целая история. В 92-м году во время двух больших сольных концертов группы «Из России с любовью», проходивших в ГКЗЦ «Россия», ребята сбросили в зал более десяти тысяч купюр с изображением Иванова, которые моментально разошлись в народе. Фееричным финалом воспользовались мелкие мошенники, которые приносили выпущенные Ивановым доллары в обменные пункты, делали из них «куклы» и даже расплачивались за бензин. Теперь, когда у экс-руководителя группы «Рондо» Александра Иванова спрашивают: «А не с вас ли началось хождение доллара в России?» он смело отвечает: «Конечно с нас». Эти два концерта с участием Владимира Преснякова и Александра Монина из группы «Круиз» прошли с очень большим успехом, принесли группе «Рондо» и ее фронтмену Иванову еще бОльшую популярность. Момента, когда его вдруг стали узнавать на улицах, Иванов не помнит. Все происходило как-то постепенно, плавно. Да, к тому же в то время звездный статус многими артистами воспринимался несколько иначе чем, сейчас. Самого понятия «звезда» как такого не существовало, были известные и популярные артисты. Со многими из них Александр Иванов работал, ездил в совместные гастроли, чему-то учился. Еще свежи были в памяти его первые казахские гастроли, работа вместе с Владимиром Мигули в группе «Монитор». Вместе с безумно популярным тогда Александром Барыкиным Иванов ездил по многим российским городам, играя по 15–17 концертов в месяц. Саша Барыкин в жизни оказался очень застенчивым и приятным в общении человеком. Тогда звезда «ковалась» в гастрольных турах, переезжая из одного мегаполиса в другой, нередко ночуя в «убитых» гостиницах, и главным была не популярность и автографы, а гастрольная жизнь, встречи со своими почитателями в разных городах. Встречи, из которых складывалась сама жизнь и понимание того, зачем ты пришел в этот мир. А появлявшийся впоследствии звездный статус воспринимался как часть артистического пути к чему-то – своеобразной «лестницей в небо». Одно время одноименная песня «Led Zeppeling» была любимой композиций Александра Иванова.

Комментарии

 
vyshegor
Все, что делает... :)
13 мая 2011 в 14:42

vyshegor
Все, за что делает Александр и Рондо - фантастически красиво. Февраль - тому доказательство
13 мая 2011 в 14:38

Обновлено 27.03.2011